Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Какого черта вам здесь надо?

Мне очень интересна тема европейского ада в эфиопских церквях. До 17-го века ада там не было, что не удивительно: долгое время в эфиопской иконографии не было западных влияний. Эфиопская живопись следовала византийской традиции (в коптском и, возможно, суданском варианте). А в византийское искусство, утонченное и аристократическое, было чуждо визуализации всякой там нечистой силы. Знаменитая общевизантийская тема Сошествая во ад (Христа после воскресения) - это просто изображение Христа, который держит за руки Адама и Еву, тянущихся к нему из земли. Ну максимум черепа будут под поземом.

А вот европейский Запад, изрядно одичавший из-за варварских нашествий, как раз очень любил народные ужастики. Поэтому тема ада и демонов раскрыта там во все красоте предмета еще со времен романики. И только оттуда она могла прийти в Эфиопию. Из каких конкретно источников - это вопрос. В Европе сформировались разные иконографические типы дьявола (как бы смешно ни звучало это словосочетание). Очень изветный и популярный тип - вот такой:
fra angelico 1431 Это Фра Беато Анжелико, 15 в.
Collapse )
Нравится? В Эфиопии их есть, и немало:
abrehacropped

Есть и другой тип, более, так сказать, антропоморфный:
limbourg brothers, 1416 Duc de Berry

И конечно же, они у нас тоже имеются:
ETHIOPIA_0381_08-02-18 — копияcropped Or.533 f39v britlib devils
Последняя картинка из манускрипта, поэтому такая изящная.

Ну и есть еще один типаж, который мне больше всего интересен, потому что, похоже, он пришел в Эфиопию из средневековых мосарабских манускриптов, которые туда могли привезти португальские миссионеры (я так думаю). Мосарабы - это завоеванное арабами население испании и португалии, которое говорило на арабском, но исповедовало христианство. Мосарабы создали удивительное, очень необычное искусство, которое местами подозрительно напоминает эфиопское. Я еще этой темой не занималась всерьез, но займусь, когда будет время.

Вот дьявол из мосарабского манускрипта 10 века
mosarabic

А вот эфиопские красавцы, разного уровня качества, разного времени создания, но следующие этому типу
cropped petros paulos
cropped selassie chelokot

Экстравертность интравертов

Аааа в Африке горы вот такой вышины!
Аааа в Африке реки вот такой ширины!

ETH-19__MG_8076_0847-1280-preview

Что-то меня тянет на всякие странные песни в последнее время. Наверное, потому, что песенками легче отвечать на вопросы типа "на кой черт это надо?". Последний такой вопрос Ицхак Адизес (известный в мире бизнеса персонаж), задал моему мужу, когда тот ему рассказал, что я уезжаю в Египет. Вместо ответа искушенный Андрей рассказал ему, что я только что вернулась из Эфиопии. И не менее искушенный Ицхак, кажется, все понял.

В общем, через три дня я улетаю в Египет. По работе, с самыми близкими коллегами. Самым узким кругом. И очень этому рада, хотя еще две недели назад, после Эфиопии, мне казалось, что я хочу только мешком сидеть в Москве. И что в Эфиопию я поеду только когда-нибудь, не в следующем году. В итоге да, не в следующем. В этом. Сразу после (иншаалла) ноябрьского раскопа.

Поездка в Эфиопию в этот раз мне далась тяжелее, чем в прошлый. Было жарко, и все пикантные особенности Африки, в лице клопов, блох и комаров, проявили себя во всей красе. У меня какие-то такие эритроциты (Мишка-биолог сказал), что жрут меня больше, чем других. Сожрали до костей. Жрали везде, где мы были, но апофеоз (апофигей же) пришелся на Бахир Дар. Да, здесь исток Голубого Нила. Да, здесь монастыри с восхитительными росписями. Но блин: если ложишься на кровать, то тебя сжирают клопы с комарами, а если на пол, то блохи с комарами. И еще мимо твоего лица деловито снуют рыжие тараканы. Если что, это был хороший отель, один из лучших в дыре под названием Бахир Дар.

Рафинированная я зареклась ездить в эфиопскую глухомань. Зареклась ровно до встречи нашей маленькой, но уже намертво сплоченной группы эфиопистов, к которой теперь примкнула необыкновенная личность. Наша Маша - лингвист, знаток геэза, амхарского и тигринья (все это, если что - эфиопские языки, живые и мертвые). Я, знатный интроверт, ужасно боялась нового человека в компании, а в результате к нам пришел бриллиант. Очень увлеченный бриллиант, надо сказать. Стоило Маше открыть рот на одном из этих языков, как перед нами начинали открываться те двери, которые без нее бы вряд ли распахнулись. И с ней уже кажется совершенно естественным решиться на поездку в таинственный Годжэм, о котором никто ничего почти не знает. Мы над ним летели, но, как полагается затерянному миру, он скрывался за тучами. Над всей Эфиопией было безоблачное небо, кроме Годжэма.

Наша Маша тоже интроверт, что неудивительно: ученые чаще интроверты. Но вот что удивительно. Мы, четыре интроверта, внутри нашего мирка побщаемся вполне себе экстравертно, плотно и постоянно. Второй такой мирок - египтологи. Среди них тоже большинство интровертов, но поди ж ты, начинаем скучать друг без друга моментально, стоит только закончиться встрече.

Пока у меня был только египтологический мирок, я считала это исключением. Но теперь, когда по тому же принципу выстроился эфиопский, заподозрила тенденцию. А когда известная в сети стилист, окончившая Военмех (наши люди) и живущая сейчас в Силиконовой долине, которую я видела один раз всего, позвала меня прокатиться с ней по Южной Италии (и я, разумеется, поеду), убедилась лишний раз в том, что интроверты создали свой собственный способ общаться, вот такими вот мирками, ориентированными на интересные им проекты. Не просто болтовня, а прицельная болтовня. И оно работает!

А Эфиопия - волшебство.

Io Daniel Korkor

отказ от прививок как исторический симптом

Сейчас, имхо, появляется все больше признаков того, что с рациональной эпохой покончено - и мы стремительным домкратом движемся в новое средневековье. Я уж даже не говорю о том, что общество потихоньку теряет интерес к чистому Знанию (то в Нидерландах закроют факультет редких языков, то Штаты откажутся от строительства нового андронного коллайдера). Самый яркий диагностический признак наступающей иррациональной эпохи - добровольный отказ от прививок и принятие этого отказа на государственном уровне. То есть ни народные, так сказать, массы, ни власть имущие искренне совершенно ничего не понимают в эпидемиологии и вакцинации. В 18-м веке люди шли на риск, предпринимая попытки вакцинации живыми штаммами оспы, а сейчас избалованная отсутствием эпидемий, но стремительно тупеющая публика не только отказывается от прививок, но еще и развезла агрессивную антипрививочную компанию.

Эх, если бы люди группировались не по страновому признаку, а по принадлежности к типу мышления... Какие дивные оазисы рационализма можно было бы создать. Но полиомиелиту, к сожалению, все равно, какой у тебя тип мышления. И кори все равно. Да что там корь? Если антипрививочники еще поднатужатся - глядишь, и черная оспа вернется.

P.S. Эфиопия - сказка. Местами противная, местами страшноватая, но все равно сказка.

половая принадлежность и эпоха иррационального мышления

Фейсбук надоел мне рекламой женских трусов в горох, и я из озорства попыталась поменять пол в настройках с женского на "другой" (в Гугле есть такая возможность). Но не тут-то было: ФБ знает только два пола - Мэ и Жо. Хотела было пожаловаться самому ФБ, но не нашла алгоритма. Поэтому пожаловалась просто в фейсбуке. Мне было интересно посмотреть на реакцию моих разношерстных френдов. Те из них, кто поддерживает западные ценности (ну, как сам их понимает), пустились в объяснения, что от рекламы я таким образом не избавлюсь. Знаю, говорю: должен же Цукерберг преумножать свое состояние. Но почему светоч западной социальной философии в лице ФБ принуждает меня к выбору пола в принципе, и только в формате Мэ/Жо, в частности? Одна нео-американка радостно оповестила, что у нее есть выбор между Male/Female/Custom. Поздравляю, говорю, а чего же нас тут дискриминируют по страновому признаку? Молчит. Видимо, не может уловить ту траекторию "генеральной линии партии", вместе с которой в этом конкретном случае надо колебаться.

Ну да бог с ней, с генеральной линией. Мне тут подумалось, что вот эти процессы со свободой выбора биологически детерминируемого пола - одна из самых ярких проекций иррационального мышления, в эпоху которого мы постепенно сползаем. Дрейфуем потихоньку. Рациональное мышление - это ориентация на объективные реалии внешнего мира. Объективные, то есть те, которые мы не можем изменить усилием воли. Те, которые все индивиды вопринимают примерно одинаково. Если трава зеленая, то она зеленая для всех, кроме дальтоников, у которых генетический сбой. Если человек по биологическим признакам мужчина, то это видно всем. Слепые могут тактильно определить, если что. В эпохи рационального мышления люди исходят из коллективного восприятия мира, которое основано на внешней информации.

А в иррациональные эпохи все по-другому. Восприятие мира субъективное. Речь именно о коллективном восприятии - оно становится субъективным. Грубо говоря, мир - это комплекс моих ощущений. Ощущаю я себя мужчиной, хотя биологические признаки указывают на прямо противоположное - все, извольте считать меня мужчиной. В любые времена есть люди, психика которых что-то воспринимает сильно иначе, чем психика обычных людей. Но это восприятие в рациональные эпохи остается при них, а в иррациональные появляется возможность навязать его миру, потому что нет коллективной картины, построенной на объективной действительности. И расцветают пышным цветом религии, духовные учения, секты, гендеры и все прочее. Причем такие разные, казалось бы, вещи, как религия и вот эта гендерная свобода оказываются на одной стороне шахматной доски, фигурально выражаясь. Если нет всеобщего рационального эквалайзера, то любое утверждение становится потенциально верным. Если мир - комплекс моих, твоих, его, ее и т.д. ощущений, то все они верны и требуют уважения. Вот только как примирить их между собой?

Боюсь, никак. Поэтому иррациональные эпохи потенциально более скандальны, чем иррациональные. В рациональные войны ведутся, в первую очередь, за ресурсы, в иррациональные - за идею (и ресурсы, конечно, но в бой легче поднять за идею). И поэтому надо как-то разобраться с инакомыслием. Религиозные войны - это как раз оно. И нынешняя толерантность, при которой ты не можешь озвучить то, что видишь своими глазами, пока не спросишь, не нарушаешь ли ты чьи-то представления. Не смейте называть меня женщиной, пока не уточните, как я сама себя ощущаю! А лучше вообще никак не называйте: мало ли, вдруг я передумала за те три секунды, пока вы формулировали фразу.

Моя американская подруга-биолог, например, говорит, что теперь уже афро-американцев и афро-американцами нельзя называть. Никак нельзя называть, только по имени. Потому что любая отсылка к расовой принадлежности - уже неравенство и оскорбление.

А подлый ФБ не дал мне выбрать "другой" гендер.

Киев по Гоголю (мистика и экзорцизм)

Подруга на связи из Киева. Тут, простите, я выступаю в роли передаста, своего мнения не имею.

В поисках ответов на вопросы, всегда возникающие при больших трагедиях, моя подруга, которая гостит сейчас у сестры, по совету киевских друзей отправилась по всяким религиозно-мистическим местам. И перед ней разверзлась пропасть юнгианского коллективного бессознательного.

"Здесь сплошной мистицизм!" - поражается она. - "Все ходят по каким-то бабкам, привораживают, отвораживают, накладывают порчу, снимают порчу, гадают и изгоняют бесов". Ну а параллельно причащаются и ставят свечи.

диканька
[Spoiler (click to open)]

Посоветовали ей, значит, сходить к некому отцу Роману, экзорцисту из церкви при какой-то Александровской больнице. Они с сестрой пошли и попали как раз на сеанс экзорцизма. Подруга говорит, ожидала увидеть старца, а вышел крупный мужик в расцвете сил, с мощным баритоном, харизматичный, ясно дело. Начал там петь, читать молитвы и размахивать кадилом. С народом творилось страшное: они там, по ее словам, и качались, и мычали, и ревели белугой, и закидывались - все, что положено, в общем. Потом этот отец Роман пошел в народ и начал лупить крестами всех, кто подворачивался. Подругу мою знатно отходил крестом по голове и спине, но не на ту напал. Она спокойно так ему объявила: "Нашел, чем пугать. У нас отчим такое вытворял, только уворачивайся". Экзорцист тут же от нее отстал и, как она ни пыталась подставиться под его "благословения", упорно отказывался ее замечать.

Подругу поразило то, что там были люди не только простого происхождения, но и интеллигентная на вид, очень приличного вида молодежь. С одной такой интеллигентной, хорошо одетой девушкой случилась дикая истерика, когда отец Роман до нее добрался. В общем, бесы поскакали толпами во все стороны. "А те, из кого они не выходят, те самые опасные бесы" - пояснил отец Роман упорное нежелание моей подруги с сестрой бесноваться вместе со всеми.

Я теперь лучше понимаю, откуда произрастает упоительный морок Гоголевских "Вечеров на хуторе близ Диканьки".

Кстати, мне стало любопытно, кто такой этот отец Роман, я погуглила: мужик дает интервью в СМИ, и вообще персонаж довольно публичный. И только один вылез загадочный пост, написанный простым языком, выдающим очень среднее образования. У подруги автора поста дочь под влиянием этого отца Романа попала в какой-то загадочный женский монастырь, который охраняют вооруженные мужики с овчарками. Мать к дочери на свидания не пускают, все ужасно. Пахнет тоталитарной сектой. Пост, кстати, от 2012 г., то есть Путин, вроде, в этом не виноват.

полезность vs познание

Вчера у нас была традиционная дружеская встреча египтологов. В смысле, нашей экспедиционной тусовки. Ливанское кафе, непременная шиша (кальян). Ну и как всегда в такой компании, речь не могла не зайти сначала о грантах, а потом и о роли гуманитарной науки в обществе. О том, что гуманитарные науки финансируются по остаточному принципу, о безразличии власти к большинству гуманитарных наук. О том, как можно их привязать к хотя бы условной полезности.

Ну то есть с некоторыми-то науками все понятно: психология, социология и исследования современных обществ вполне востребованы, так как позволяют предсказывать, а порой и управлять общественными процессами и поведением индивидов. Но мы-то историки, археологи, искусствоведы, лингвисты. Причем "древники" - занимаемся давно ушедшими эпохами. Как тут подтянуть полезность. Были неплохие мысли о том, что любая социология опирается не только на современность, но и на историю, потому что как иначе объяснить, как, почему и в каком направлении развиваются различные общества.

Был один красивый, выразительный образ: представьте себе, что вы просыпаетесь утром и ничего не помните. Не помните свою семью, не помните, где живете, чем занимаетесь и т.д. А история - это коллективная память общества.

А я как раз накануне, когда в гостях была подруга-биолог, прошла через полемику именно на эту тему, с Михайлой в роли оппонента ("Ну а правда, мать, какая польза от твоей египтологии?").

Так вот мне думается, что этот вопрос, вопрос выбора между практически применимым (читай "полезным") и неприменимым знанием - это не предпосылка, а следствие. Проекция того типа мышления, которое преобладает в обществе. Я как-то рассуждала тут вслух ( https://kintosha.livejournal.com/159171.html ) о том, как искусство зависит от доминирующего типа мышления (рационального/иррационального). И отношение к научному знанию, имхо, есть следствие того же самого.

В эпохи рационального мышления (самый яркий пример - 18-19 вв., ну и первая половина 20го в.) обществу интересно все: забытые языки, древние цивилизации, биологическое разнообразие, устройство вселенной, организмов и веществ, химические и геофизические явления, "дикие" народы и вымершие животные.

Но потом рациональные эпохи сменяются эпохами иррационального мышления, общественный интерес смещается от объективного мира к собственному коллективному бессознательному. И постепенно чистое научное знание становится неинтересно. Но поскольку жить все еще хочется комфортно, то сохраняется внимание к тому научному знанию, которое может принести пользу. Но есть одно "НО": мы никогда до конца не знаем, что может оказаться практически полезным в конечном итоге, поэтому, запуская процесс отсекания "бесполезного" знания, общество, в конце концов, утрачивает контроль над процессом.

Мне пару лет назад попалась французская, что ли, статья о закрытии кафедр редких языков в Эстонии и в Нидерландах. Когда у государства ресурсы ограничены, как, например, у нас, то жесткие приоритеты в финансировании научных областей, в общем, понятны. Но когда кафедру редких языков закрывают в Нидерландах, то это уже тревожный симптом - идет смена мыслительной парадигмы.

А дальше происходит вот что (уже не раз происходило, о чем мы знаем благодаря "неполезной" науке истории): сегодня мы закрываем кафедры редких языков, в силу их бесполезности. Завтра сокращаем количество археологических экспедиций, особенно зарубежных. Послезавтра теряем интерес к отечественной археологии. Потом соображаем, что бесполезна практически вся зоология (за исключением направлений, исследующих одомашненные виды). Потом убираем теоретическую физику и астрофизику (понятно же, что исследования происхождения вселенной нам ничего не дадут). Хотим отказаться от использования атомной энергии? Тогда на кой черт тратить деньги на ставшие бесполезными фундаментальные ядерные исследования? (это то, что произошло в США, между прочим). И так далее, до полного "усекновения" научного знания.

С каждым отсечением общество потихоньку утрачивает контекст, с помощью которого оно может более или мение адекватно оценивать, что полезно (хотя бы на данный момент), а что нет. И постепенно все большее количество научных направлений начинает казаться бесполезными, просто потому, что мы перестаем понимать, зачем все это надо. А дальше происходит условная катастрофа бронзового века (когда потомки великих цивилизаций "внезапно" разучились даже писать) и наступает условное средневековье (когда ушли в небытие римские дороги, акведуки, канализация, многоэтажные дома и вообще практически все достижения античности).

В общем, сдается мне, что мы стоим как раз в начале этого пути.

А в качестве иллюстрации - рассказ моей Наташки: ей в лабораторию (Милуоки, Висконсин) привезли арктических белок и предложили исследовать. Вид очень любопытный, потому что впадает в спячку. Наташка исследует физиологию сердечно-сосудистой системы, поэтому хотела взять этих белок, чтобы посмотреть, как работает сердце во время спячки, при низких температурах. Она могла бы, в принципе, расписать потенциальные выгоды от такого исследования (медицинская кома, инфаркты и т.д. - это все реально), но на это нужно время, а белки уже были, и действовать нужно было быстро. Так вот ее университет не выделил деньги на исследование, заявив, что финансирование ему поступает от исследований человека, а не каких-то экзотических грызунов. Это к слову о способности общества оценивать практическую полезность научного знания

подруга американка о жизни на среднем западе в эпоху Трампа

Вчера ко мне приезжала бывшая одноклассница, а ныне биолог, профессор и теперь уже гражданка США. Живут они с мужем (тоже биолог) и сыном в Милуоки, штат Висконсин. Как всегда, очень сдержанно и очень аналитически (ученый есть ученый) рассказывала много интересных вещей.

Экономически при Трампе стало лучше, в первую очередь, для lower and middle middle class. Стало намного легче найти работу, и связано это с тем, что Трамп ужесточил законодательство о нелегальной миграции. До него были целые сферы, где работали почти только нелегалы, а теперь их нет. В частности, нормальную работу нашел ее муж, который 5 лет до этого в биотехнологической компании работал по контракту. Контракты не предусматривают никаких социальных гарантий, только з/п. Нет медстраховки, нет страхования от несчастного случая на рабочем месте, не оплачиваются больничные, отпуска, праздники. А теперь работу нашел нормальную, с медстраховкой и всем остальным.

Висконсин - это штат, который традиционно голосовал за демократов, а на последних выборах дружно - за Трампа. Кстати, больше всего из ее рассказов меня поразила история о том, как ее коллега из университета, математик, через какое-то время после выборов пригласила мою подругу на кофе и сказала следующее: "Мне нужно с тобой поделиться, и я знаю, что ты не пойдешь в HR и не настучишь на меня. Я голосовала за Трампа". Наташка, конечно, ответила ей, что выходцы из страны, пережившей сталинскую диктатуру, очень хорошо понимают, что стучать - это плохо. Но меня лично поразила сама ситуация: люди боятся признаться, что голосовали за Трампа (то есть против эстеблишмента), потому что это для них чревато даже не общественным осуждением, а неприятностями на работе. Это что вообще?

В этом плане, кстати, все остается по-прежнему. На работе категорически не принято говорить о политике, за одним исключением: можно (и нужно) ругать Трампа. Наташкин 16-летний сын говорит, что учителя в его школе постоянно ругают Трампа, потому что если этого не делять, тебя посчитают лояльным к нему, а это может отразиться, опять же, на работе.

И еще один очень интересный момент прозвучал. У нее работает лаборант на неполном рабочем дне и категорически отказывается от предложений перейти на полный рабочий день и от любых повышений з/п. Потому что как человек, годовой доход которого меньше, чем установленная черта бедности (24 тыс долл в год на семью из 4 чел. или 13, кажется, на одного), он не платит налоги, имеет бесплатную медстраховку (оплачиваемую за счет как раз lower middle class, по словам подруги), получает food stamps (продовольственные талоны) и что-то еще. Если по з/п он превысит минимальную границу, то сразу попадет в налогооблагаемую часть граждан, которые обязаны покупать медстраховку (если не покупаешь, платишь штраф - 800 долл на человека в год). И его уровень жизни просядет, а не выше станет.

То есть в Штатах выгодно быть либо upper middle class и выше, либо бедным в юридическом смысле. А тяжелее всего живет lower and middle middles class. Это вся та Америка за пределами мегаполисов, которая голосовала за Трампа.

Наташка говорит, что весь нижний и средний средний класс оттеснен за пределы мегаполисов. В мегаполисах живут либо богатые, кто может себе это позволить, либо бедные, за которых платит государство (то есть тот же миддл класс). Их семья (профессор биолог, биотехнолог в частной компании и один ребенок) не могут себе позволить жить, например, в Чикаго, не говоря уже о Нью-Йорке.

Из профессий, которые тебя быстро и эффективно выводят в счастливый мир upper middle class, называет врачей (самая прямая магистраль), и преуспевших программистов и юристов. Это то, что она видит, потому что финансового мира никак не касается. Но в эти учебные заведения и конкуренция великая.

Вот такая любопытная экономика.

подруга позвонила из Киева

Немного скользскую тему затрону. Позвонила из Киева подруга (та, у которой недавно умерла дочь). У нее в Киеве сестра, и она, чтобы не сидеть здесь, где все напоминает о дочери, отправилась в ней.

Подруга моя обожает Киев (в институте там училась, пока ее родители работали на каком-то военном заводе). Придерживается проукраинской позиции. Умеренно проукраинской, потому что она интеллектуал, математик-прикладник, а интеллектуалы редко становятся радикалами, имхо. И вот звонит. "Я сюда больше не поеду в ближайшее время, говорит".

Во-первых, впервые она наблюдала разгул украинских погранцов в поезде. Говорит, из каждого вагона ссадили по 3-4 человека. Парень-россиянин со своей невестой-украинкой ехали к ее родителям на смотрины. Их обругали и ссадили. Обоих. Подруга познакомилась в поезде с молодым человеком, киевлянином, который работает в Москве. Оба ничего подобного раньше не наблюдали.

В самом Киеве, говорит, жуткая темень и много мусора. Пока они были за городом у состоятельной подруги, все казалось неплохо, а в самом городе очень тоскливо. Про горы мусора мне говорила (и фотки показывала) еще одна моя подруга, юный химик, которая ездила в американское посольство получать визу, на конференцию. Сам город ей понравился, но мусор поразил. После стерильно чистой Москвы мусорные кучи в европейском городе очень странно смотрятся, наверное. В Италии, в период мусорного кризиса, смотрелись дико, во всяком случае. Мы видели.

будни египтолога

Это фото сделано буквально в трех минутах от моего рабочего места. Уже 10 дней я здесь, в Гизе, и трудно придумать что-нибудь более инаковое по сравнению с моей московской жизнью.
sphinx retro

Гиза сама по себе - место отвратительное. Надо очень любить полевую египтологию, чтобы год за годом приезжать сюда и жить по месяцу. Вообще большинство египтологов обожают Луксор и ненавидят Каир, но у нас концессия здесь, и, кроме того, коллеги мои любят именно Древнее Царство. Поэтому мы здесь.

Collapse )

Пока у нас ничего сенсационного не происходит и, в общем, вряд ли произойдет. Такие находки, как прошлогодняя мумия, все-таки редкость. Правда, мы закончили с гробницей Персенеба и в слое ниже птолемеевской мумии нашли, наконец (предположительно, конечно), разбросанные по всему саркофагу кости древнего владельца гробницы - самого Персенеба. Кости разбросали еще древние грабители, настолько древние, что поверх перемеса в 3-м веке до нэ положили нашу мумию, которая, кстати, оказалась женщиной. Но поскольку особо ничего нельзя писать о находках, расскажу-ка я чуть-чуть о своих буднях.

io

Египет за пределами центрального Каира очень мало ушел от деревни. Здесь, в Гизе, лошади, верблюды и ослы - абсолютно естественное дополнение на улицах. Если верблюды - это типа экзотика, предназначенная для катания туристов, то лошади и ослы - средство передвижения и перевозки грузов. Поэтому улицы завалены навозом. такой вот пригород столицы. Грязь вокруг просто невообразимая. Мусор многими выбрасывается прямо из окна, и Гиза, что понятно, буквально утопает в мусоре. По моему опыту, это чуть ли ни самое грязное место в Египте. Ориентированное на туристов население - галдящее и приставучее. Каирцев и луксорцев я откровенно не люблю и не устаю сожалеть о том, что на смену коптской культуре арабы привнесли сюда свое бескультурье. Ну да ладно, сожалеть о прошлом - дело совсем бесперспективное.

У меня здесь сложился очень жесткий режим дня. Я довольно сильно устаю на раскопе, чисто физически, потому что это постоянное карабкание по скалам вверх и вниз, прыжки в погребальные шахты и вылезание оттуда по стенам по много раз в день, висение в погребальных камерах в неудобных позах с лопатками и мастерками, а иногда, чего уж греха таить, и с подобием кайла. Поэтому после раскопа ничем конструктивным заниматься я уже не в силах. Поэтому фитнесом по часу занимаюсь с утра. Фитнес мне нужен не моды ради, а потому, что описанная выше деятельность требует хорошей физической подготовки. А поскольку рабочий день начинается в 8.00, а на мой комплекс упражнений требуется час, и прямо спросонок я не могу к ним приступить, ничего себе не свернув, то встаю я в 5.30. Семь дней в неделю, потому что в свой единственный выходной мы не сидим дома, а с утра пораньше уезжаем в какие-нибудь интересные места.

Ну вот, 5.30 - подъем, полчаса на раскачку, час на фитнес, еще час на душ, сборы и завтрак. Живу я в простеньком отеле в двух шагах от дома, где мы снимаем две квартиры для археологов, приезжающих специалистов (остеологи, антропологи, палеоботаники и тд) и студентов. Я, интроверт, вот просто никак не могу жить в одном помещении с еще шестью-семью людьми, делить с кем-нибудь комнату, сражаться за ванную... В общем, общежитие - не моя парадигма.

В без трех минут восемь мы встречаемся возле ворот их дома - и на раскоп. Простенький обед (египетская лепешка с овощным рагу или бобовой смесью) в одной из "обжитых" нами, уже исследованных гробниц - в 11.00. Через полчаса - опять в "свою" погребальную камеру - и до 16.00. Потом мы вместе идем пить сок в уличной лавчонке. Даже не "в", а у лавчонки - столики не предусмотрены. Манговый сок изумительно вкусный, но делают его в чудовищно антисанитарных условиях. Но я привыкла за три сезона, а остальные и подавно.

Дома я оказываюсь где-то в 16.30 и бесконечно моюсь потом, потому что, сами понимаете, пыль, грязь, кости, обрывки пелен, которыми обматывали мумии и т.д. На ужин не люблю ходить, хотя в моем отельчике есть ресторан, потому что, во-первых, еда в Египте невкусная (кроме дорогих отелей и ресторанов с иностранным кулинарным влиянием), а во-вторых, каждое соприкосновение с шумными египтянами меня утомляет. Поскольку я уже опытная, то в этом году привезла с собой целый ворох пачек со всяким итальянским сухим печеньем на оливковом масле и прочими такими, условно "здоровыми" вещами. Ну и фрукты здесь прекрасные, их я покупаю. Где-то до 20.00 сижу в номере, делаю кое-какую теоретическую часть (статьи редактирую, просматриваю нужные материалы), а потом мы встречаемся и идем в одну нашу любимую забегаловку играть в домино, курить шишу и очень много смеяться, потому что коллектив у нас спаянный плотно, сцепленный на неврозе, можно сказать, и сложилось множество лишь нам понятных шуток, намеков, подтекстов и способов радоваться жизни.

А на следующий день - все сначала. Вот такая жизнь. Сегодня вечером, впрочем, для меня все изменится на полтора дня. Ко мне приезжает драгоценный Андрей. Гизу он не любит (а кто ее любит?), поэтому мы проведем две ночи в лучшем каирском отеле, днем будем бездельничать, валяться у бассейна на неимоверно высоком этаже. Может, съездим в коптский квартал, в мой любимый Коптский музей и церковь эль-Муалляка с дивной красоты византийскими фресками. А послезавтра я вернусь к своему гизскому измерению.

страдания интроверта

Раньше мне казалось, что интроверту трудно быть в толпе, но теперь я понимаю, что самое страшное - это общение один на один с экстравертом, с которым свели обстоятельства в тот момент, когда ты вообще не расположен к праздной болтовне.

Днями зашел к нам наш приятель, гениальный доктор-невролог, проверить состояние наших спин et cetera. Вообще он умница, человек энциклопедических знаний, с которым очень интересно общаться, когда есть что обсудить. Но беда в том, что он настолько же экстравертен, насколько я интровертна. И когда мне не хочется разговаривать, русло беседы (монолога, честнее будет сказать) задает он. А интересы широчайшие, поэтому получить можно что угодно: от новых открытий в области медицины до абсолютной обывательщины. В этот раз случился второй вариант.

- Удивляюсь я, как сын у меня к машине своей относится, - задумчиво, будто сам с собой, рассуждает доктор. - Каждую неделю ее моет, независимо от погоды... У него есть пять разных полировальных салфеток. А средств для полировки у него целых восемь (дальше следует перечисление средств с подробным описанием сравнительных достоинств и недостатков).

Внимание мое делает попытки размыться, но доктор не дает: он из тех, кому не все равно, доходит ли его монолог до адресата или нет. Поминутно бросая мою спину, доктор обходит массажный стол, чтобы пожестикулировать у меня перед носом или просто заглянуть мне в глаза. Я каждый раз светло улыбаюсь в ответ.

- И никому ее не дает: ни мне, ни матери, ни даже своим друзьям, у которых стаж вождения намного больше, чем у него (спина опять забыта, а светлые, будто фарфоровые глаза доктора, слега вытаращенные для убедительности, вновь маячат на уровне моей физиономии). Вот у Сашки его уже 10 лет стаж... Нет! Даже одиннадцать. А у Игоря... Или он не Игорь?..

Эскулап пускается в бесконечные описания сыновьих друзей. Мое сознание окутывает счастливая дымка, но тут голос доктора приобретает драматические ноты, интонация взлетает:

- А как он расстроился, когда его гаишники долбанули! Ну как долбанули, чуть-чуть поцарапали сзади (доктор бросает мою спину и вновь перемещается к лицу, чтобы очертить в воздухе силуэт машины и показать, какое именно место на пластиково-стальном теле пострадало от небрежности гаишников). Потом ему порекомендовали использовать чернила каракатицы и карминовый колер, чтобы закрасить царапину. Но там технология особая... (дальше следует исчерпывающая лекция по технологии закрашивания царапин)

Я не могу уже больше улыбаться и кивать: зубы у меня сами собой сжимаются, чтобы не ляпнуть что-нибудь неприличное, вроде: "да отвяжись ты от меня со своими чернилами!". Доктор заботливо склоняется над моим хребтом:

- Что-то у вас мышцы шеи напряжены - и я никак не могу их расслабить.

А я никак не могу сказать, что мышцы у меня напряжены из-за постоянной борьбы с искушением грубо прервать его болтовню, и он их не расслабит, пока не заткнется.

- Вообще Василию ужасно повезло с этой машиной: на нее скидка была огромная, потому что салон ликвидировал сток прошлого года. А еще ему удалось очень хороший автокредит получить... ну, не самый лучший, конечно: вот если бы он... (сделал то-то и то-то), то было бы 5 процентов, а так получилось семь, но это тоже хорошо, потому что условия выплаты вот какие... (забыв про мое нерасслабляемую шею, доктор начинает в буквальном смысле на пальцах демонстрировать суть кредитного договора в десяти сантиметрах от моего носа).

Мне кажется, что глаза у меня наливаются кровью, как у быка. Я начинаю медленно, усилием плечевого пояса, отрываться от пола, чувствуя в голове почти вакуумную легкость, которую может породить только рвущаяся наружу ярость.

И тут удачливому доктору позвонила жена.